Еще не вступившая в права зима наивно собиралась сдуть их наглым порывом ветра. Борис в очередной раз посмотрел на друга удивленно.

       - Это действительно проблема для тебя?

       Руслан улыбнулся, но промолчал.

       - Он никогда тебя не кусал?

       - Кусал? - Руслан поморщился, - Этого еще не хватало.

       - Ты знаешь, - Борис разрушил искусственный затор из снега и вышел на асфальт, - Он все же должен знать, кто хозяин. Он может слушать в пол уха всех остальных, но хозяину он должен подчиняться беспрекословно. Если он сядет тебе на голову, поверь, жить будет просто невозможно.

       Руслан лишь понимающе хмыкнул.

       - Я и так его целыми днями ищу. Все бегает где-то. Кобель проклятый! Никакого уважения, что уже говорить о послушании.

       - А за что тебя уважать? - Борис выпустил очередное облако пара и потер закостеневшие руки. - Что ты такого сделал? Между прочим, есть древний и проверенный способ - берешь за шкирки и поднимаешь. Пусть побарахтается, лапами помашет, поостынет чуток. Если не вырвется, то хозяина, вожака стаи, в тебе точно признает.

       - Тебе легко говорить, а он, между прочим, достаточно тяжелый.

       - Ничего, один раз стоит помучиться. Но зато потом, сможешь работать по настоящему. Идем, пива выпьем, я тебе покажу основы вежливого обращения с такими тварями.

       - Вот чему-чему, а это он тебе сам покажет.

* * *

       В прихожей было прохладно. Маринка уехала, и Руслан предпочитал свежий, но холодный воздух.

       Борис, уже сбросив полушубок, ожил. Посмотрел наверх... Изрядно надоевший снег с потолка не шел и он удовлетворенно вздохнул.

       - Познакомь меня со своим оглоедом.

       - Не беспокойся, никуда ты не денешься. - Другу не хотелось вспоминать о неприятном. - И он тоже. Он у меня на цепи сидит.

       - На цепи? Это ты зря.

       - А он мне, со своими "бабами", совсем надоел, - по тону было видно, что Руслан все же считает себя виноватым, - Бегает за ними все ночи напролет, все ищет чего-то. Мне работать надо, а я без него не могу. А ему некогда, у него инстинкты!