Массивный дубовый стол. Кабинет, в котором каждое слово отлито из золота. Президент. Тяжелые морщины на высоком открытом лбу. Руки, молчаливо теребящие манжет. Стол, неподвижным монолитом упирающийся в пол. Если бы все в этом мире было так же стабильно. Американский флаг в центре - маленький и беззащитный.

       Революция в России. Странная страна... Умирая с голоду, она питается одними лишь голыми идеями. Но сейчас - все намного серьезнее. Тот человек, что пришел к власти, он - сумасшедший. И условия его невыполнимы. А плата определена... Ракетный удар. И вот перед ним министр обороны. Обороны... сейчас это слово звучит издевательством.

       - Да... Я знаю его условия, - президенту, казалось, не хватало воздуха, - Он требует возвращения Аляски. Погашения всех долгов, новые субсидии и невмешательства в его дела...

       - Наша система управления ракетами дальнего действия... - министр стоял, его глухой голос доносился откуда-то изнутри, из глубин широкой груди. - Система это огромная компьютерная сеть. Сеть, в которой каждый узел - ракетная установка, координационный пункт. И все это сведено воедино здесь - у вас в руках. Этот дипломат, и эта кнопка.

       Президент слушал внимательно. В мыслях перед ним проносилось детство. Солнечное, спокойное. Теплый ветер, несущий весну. Время меняется... Иногда даже быстрее чем люди.

       Ракетный удар... Еще вчера такое могло присниться только в кошмарном сне.

       Министр выглядел неважно. Произошедшее было ударом и для него. Ударом, который пришелся по нему первым. Выпив воды, он продолжил. Ответственность за смерть человечества не делится. Она ложится на каждого целиком.

       - Это не простая сеть. Пожалуй, самая мощная и современная. У нас достаточно денег на лучших из лучших специалистов. И они знают свое дело... Но, мы тоже не всесильны... Решение штаба таково: если русский лидер останется жив, мы должны нанести удар первыми. Был и третий вариант. Заблокировать систему запуска ракет у русских. Но она на удивление живуча.

       Министр окончил. В напряженной тишине поднялся президент.

       - Жаль. Остается уповать на смерть. И лучше одного, чем многих. Хотя покушение - дело грязное, но выбора нет. В любом случае авиацию - в состояние готовности. Ракетную систему - тоже.

* * *

       Президент смотрел на лицо собеседника, пытаясь прочитать в его глазах приговор. Он, глава государства, привыкший сам казнить и миловать. Но агент молчал. Смерть лучших людей не явилось для него неожиданностью.